Давид Борисович Буянер (buyaner) wrote,
Давид Борисович Буянер
buyaner

Categories:

Национальное государство: миф ХХ-го века

Книги, способные перевернуть или, как минимум, существенно изменить взгляд человека на мир, входят в его жизнь по-разному. Знакомство с одними бывает предопределено культурной средой и даже, как ни странно, такою прозаической вещью как школьная программа; до иных приходится «расти» – иногда не один десяток лет. Наконец, третьи буквально захватывают читателя врасплох; так, одна из наиболее поразительных по силе мысли и обстоятельствам своего создания книг попала мне в руки совершенно случайно: однажды в библиотеке я наткнулся на небольшую книжку под необычным названием «LTI. Язык Третьего Рейха». Хотя имя автора (Виктор Клемперер) ничего мне не говорило, а немецкого я на тот момент практически не знал, тема меня заинтересовала, и книгу я прочёл, что называется, на одном дыхании. Задуманная автором как скрупулёзный отчёт о стилистических и иных особенностях языка гитлеровской Германии, исподволь воздействовавших даже на умы людей, к непосредственному восприятию нацистской доктрины ни в коей мере не склонных, небольшая по объёму книга Клемперера оказалась значительнее и глубже первоначального замысла. Обязана этим она была как личности автора (блестящего филолога, одного из лучших специалистов по французской литературе эпохи Просвещения), так и трагическим обстоятельствам, при которых она создавалась: сын раввина, в молодости принявший протестантизм и отправившийся добровольцем на Первую Мировую войну, на момент прихода Гитлера к власти заведующий кафедрой романской филологии Высшего технического училища в Дрездене и автор нескольких монографий, в 1935 году Клемперер оказался уволен, а в 1940 – выселен из дома и вынужден переехать в один из так называемых «еврейских домов», где жили немногочесленные евреи, благодаря верности «арийских» мужей и жён не вывезенные (как и сам Клемперер) в лагеря смерти, но подвергавшиеся бесконечным унижениям, издевательствам, избиениям в гестапо, и, в конечном счёте, обречённые на уничтожение. В ночь с 13 на 14 февраля 1945 года, во время чудовищной бомбардировки Дрездена авиацией союзников, Клемперер и его жена Ева Шлеммер оказались едва ли не единственными из 70 уцелевших к тому времени дрезденских евреев и их близких, кому чудом удалось выбраться живыми из-под горящих руин. Ещё большим чудом следует признать спасение из огня записных книжек и дневников Клемперера, которые он непрерывно вёл в течение всех этих лет. Как замечает А. Алтунян, «не будет преувеличением сказать, что начиная с конца 1930-х годов ведение такого дневника было действием героическим. При постоянных обысках, которым подвергались жители «еврейского дома», Клемперер каждой своей записью (зашифрованной) рисковал жизнью. Для ведения дневника он поднимался в 4 утра, чтобы до начала рабочего дня описать день предыдущий. И так каждый день...» (А. Алтунян, «Lingua Tertii Imperii versus Lingua Sovietica», Знамя, 2000, № 8).
Книга «LTI. Язык Третьего Рейха», созданная на основе тех самых записных книжек и впервые изданная в ГДР в 1947 году, была переведена на русский язык лишь в 1998; несмотря на то, что после войны преисполненный благодарности к Советскому Союзу Клемперер вступил в Компартию и даже занимал посты в министерстве просвещения ГДР, ни он сам, ни его книги не были известны в СССР. Причиной тому были прозрачные аналогии между описываемым Клемперером «Das Nazi-Deutsch» (он же LTI, то есть, Lingua Tertii Imperii) и советским новоязом. Но, парадоксальным образом, те же самые банальные аналогии привели к тому, что, воспринятая поверхностно (и, к тому же, изданная смехотворным тиражом 3000 экземпляров), в России книга Клемперера не была оценена по достоинству и осталась практически никому не известна. Так, в одной из немногих рецензий наблюдение автора о глубинной преемственной связи между немецким романтизмом и нацистской идеологией удостоились следующего комментария: «...романтизм нельзя считать чисто немецкой «родовой чертой». Беспредельных романтиков (sic! Д. Б.) знают и другие народы. Знакомому с российской историей ХХ века нет необходимости рассказывать о романтиках-большевиках» (Е. Беркович, «Слово и дело», «Вестник», № 14 (221), 06.07.1999).
Между тем эта мысль Клемперера – одна из наиболее плодотворных и, как ни странно, актуальных. И дело здесь не только в том, что, по мнению Клемперера, «...все, что определяет сущность нацизма, уже содержится, как в зародыше, в романтизме: развенчание разума, сведение человека к животному, прославление идеи власти, преклонение перед хищником, белокурой бестией...” Суть – в самом понятии НАЦИИ, введённом в обиход именно немецкими романтиками и сводящемся, в конечном счёте, к отождествлению языка и расы, что и сделало возможным появление таких абсурдных понятий, как «арийская», «славянская» или «семитская» раса. Недопустимость такого отождествления, сегодня очевидная любому начинающему лингвисту, антропологу и т. д., была, однако, далеко не очевидна в начале XIX века, когда закладывались основы современной политической терминологии. Объяснялось подобное смешение понятий, в первую очередь, тем, что «благоговение перед материнским языком... есть черта поздней западноевропейской души, и людям других культур оно почти неведомо, а примитивным – и вовсе неизвестно» (О. Шпенглер, «Закат Европы», т. II, гл. 2, п. 2). Кроме того, с самого момента своего возникновения понятие «нации» было неразрывно связано с идеалом национального государства, как формой её существования.
Легко заметить, что оба понятия – нации и национального государства – были и остаются по сей день основными категориями международных отношений; в самом слове «международный» (international) заложена идея «нации» как субъекта политики. Неудивительно, что возникшие на осколках Австро-Венгерской, Османской и – с большим опозданием – Российской Империи национальные государства основываются всё на тех же «романтических» принципах. Как результат, все они, рано или поздно, сталкиваются с кризисом суверенитета, в котором традиционно усматривают следствие происков внешних врагов, не замечая порочности самой идеи.
С этой точки зрения особый интерес представляет история сионизма, возникшего как реакция на пресловутое «пробуждение национального самосознания» угнетённых народов, часто сопровождавшихся (в частности, на Балканах) антиеврейскими эксцессами. Как водится, пример был взят с врага: «евреи слабы, беззащитны и гонимы, оттого что не имеют своего государства; следовательно, для того, чтобы стать «равными среди равных», им нужно обзавестись собственным государством». Клемперер, наблюдавший активность сионистских организаций в нацистской Германии, призванную направить поток еврейских беженцев в Палестину, уловил парадоксальное сходство в их базовых принципах с идейными первоосновами нацизма. «Сионисты – пишет Клемперер в дневнике за 1934 год – мне так же враждебны, как и нацисты. С их любопытством к составу крови, с их «культурными корнями», с их партийным лицемерием и туповатым стремлением повернуть историю вспять – они два сапога пара с нацистами». Он вернётся к этой теме в книге о «нацистском диалекте немецкого», в главе, повествующей о трактате главного идеолога Рейха А. Розенберга «Миф ХХ века». Достав, ценой огромного риска, книгу Розенберга (евреям запрещалось читать, а тем более, хранить книги нацистских авторов), Клемперер обнаружил в ней черты поразительного сходства с программным трудом Т. Герцля «Еврейское государство». Впрочем, собственное открытие не вызвало у Клемперера особого удивления: к тому времени он успел прийти к полному отрицанию «нации» как основополагающего принципа любого государства.
«Еврейское государство», о котором мечтал Герцль, появилось через год после выхода в свет книги Клемперера. Сегодня оно переживает один из тяжелейших кризисов с момента основания: уникальность нынешней ситуации заключается в том, что самая космополитическая страна мира, всегда считавшаяся главным союзником Израиля (несмотря на его ярковыраженный национальный характер) и игнорировавшая претензии палестинцев на «национальное самоопределение», в изменившихся условиях оказалась именно тою силой, которая заставила Израиль пойти на принципиальное допущение создания палестинского государства. Если (когда?) оно будет создано, это будет ничто иное, как очередное искусственное национальное образование, созданное ценою гекатомб его защитников и врагов, а также «десуверенизации» другого столь же эфемерного государства, воплотившего в своё время романтический псевдоморфоз еврейского мессианизма.
Аналогичные процессы «десуверенизации», происходящие сейчас по всему миру – от Сербии до Киргизии – носят, казалось бы, парадоксальный характер, так как, будучи естественным порождением глобализма, вовсю эксплуатируют «национальную» мифологию и соответствующую риторику: «...весь идейный язык бархатных революций – «демократия, свободный выбор, суверенный народ etc.» – неразрывно связан с понятием национального суверенитета, носителем которого этот самый народ и является. Если признать, что суверенитета больше нет, а есть бархатные мероприятия некоторого благодетельного инкогнито, тогда и вся риторика оказывается несообразной» (М. Соколов «Бархатная десуверенизация», «Эксперт», № 46, 06.12.04). На самом деле, противоречие здесь мнимое: подлинный суверенитет носит территориальный, а не национальный характер. В результате органического развития на основе государства может возникнуть нация, понимаемая как некое сообщество людей, имеющее единую историческую судьбу. Обратный процесс – создание эфемерных государств на национальной основе – способен лишь усугубить кровопролитие, что и происходит везде, где в принцип бывает возведён произвольно трактуемый «национальный суверенитет».
Subscribe

  • Вопрос залу

    Пару лет назад оказался в списке френдов одной дамы, с которой вступил в дискуссию по поводу этики Ветхого Завета (она обронила мимоходом нечто вроде…

  • В этот день 16 лет назад

    Удивительно - я был уверен, что за эти годы мои взгляды эволюционировали если не радикально, то весьма значительно. Как выясняется - нет, я и…

  • С Днём Победы!

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments