August 20th, 2016

Сумбурно о прошлом

Когда общество отнимает у человека его социальное достоинство, национальное достоинство неожиданно начинает раздуваться, как раковая опухоль.
Ф.А.Искандер, «Стоянка человека»


Я давно собирался написать этот пост, продумал детали и, освободившись от прочих дел, приступил – но, не успел я дописать эпиграф (другой, не тот, что теперь), как был выбит из колеи тяжёлым известием: умер Искандер…
Искандер умер. Не знаю, как кому, а мне в этой фразе слышится какой-то оксюморон. Искандер – из тех людей, само существование которых как бы создаёт некий защитный фон: пока они живы, всё, худо-бедно, идёт своим чередом – мы не одни. А потом они уходят, превращаясь из современников в символы и облагораживая своим присутствием уходящую вместе с ними эпоху.
Да, вот в этом-то всё и дело. Ностальгия по ушедшему времени – не более чем благодарное воспоминание о тех, кто в нём остался навсегда. И поэтому, сколь бы ни были, на первый взгляд, наивны подобные переживания, как бы ни напрашивались они на циничную отповедь, они, по сути, всегда имеют моральное преимущество перед любым цинизмом.
Недавно мне довелось в очередной раз столкнуться с поэтизацией позднесоветского прошлого, принять которой я не могу – не столько на почве осознанного отталкивания от советской атрибутики (о чём-то большем применительно к последним десятилетиям Советской власти говорить не приходится), сколько в силу такой же ностальгической приверженности к ценностям, с советской действительностью несовместимым. Грубо говоря, подобно тому как till_j считает себя гражданином Советского Союза («…если говорить о союзе, гражданином которого я себя считаю до сих пор (я и присягу давал именно ему), то я считаю себя не членом нации, а состою в интернационале»), я считаю себя подданным Российской Империи (как легко заметить, и тот, и другой вариант самоидентификации равноудалены от реальности и суть две формы эскапизма). Но именно поэтому я признаю за позицией till_j моральную состоятельность, в чём ей отказывают люди, с которыми мне, казалось бы, легче согласиться.Collapse )