Давид Борисович Буянер (buyaner) wrote,
Давид Борисович Буянер
buyaner

Categories:

О преемственности (по поводу последнего поста Л.И.Блехера в ФБ)

Мне уже приходилось высказываться на эту тему, поэтому постараюсь по возможности не повторяться и не растекаться ни по древу, ни по экрану. В последнее время довольно часто приходится слышать сетования – иногда с надеждой на перемены к лучшему, но чаще совершенно беспросветные – об «отсутствии преемственности РФ и исторической России». Я взял эту фразу в кавычки по двум причинам: во-первых, сам я принципиально не употребляю аббревиатур типа «РФ» и «РПЦ» (иногда, впрочем, делая исключение для СССР, и то из лени), во-вторых, здесь очень показательно сочетание «историческая Россия». Никому не придёт в голову сказать «исторический Китай» или «историческая Швейцария», поскольку любому ясно, что никакого иного Китая и Швейцарии, помимо «исторических» (что́, в данном случае, означает это слово, никто из употребляющих его объяснить не удосуживается) не было и нет. А вот Россия, оказывается, бывает двух сортов, как мука в советском магазине – высшего («историческая») и «первого» (то есть, последнего) – нынешняя.

В основе этого мироощущения лежит одно из самых неприятных человеческих переживаний – чувство утраченного raison d’être. Я не имею в виду многочисленных сетевых историософов, которым, видимо, обличение действительности с, как им кажется, консервативных позиций, доставляет садо-мазохистское наслаждение. Их камлания, в сущности, столь же однообразны и неинтересны, как давно исчерпавшая себя риторика a la M-me Oulitskaïa, и так же напоминают «Бесов» Достоевского (там ведь их тоже много разных, и Шатов беснуется совсем не так, как, скажем Кириллов). Короче, не о них речь. Гораздо больнее задевают подобные рассуждения в устах человека, всем своим обликом олицетворяющего ровно то, утрату чего он оплакивает.
Я имею в виду прот. Георгия Митрофанова, чьё почти полуторачасовое интервью я послушал благодаря ссылке в ФБ Л.И.Блехера.К сожалению, среди русского священства мало найдётся людей, способных не только к пастырскому служению, но и к глубокому и выстраданному взгляду на действительность. Первое и главное, на мой взгляд, впечатление от этого интервью – вот говорит свободный человек. Свободный, самостоятельно и нетрафаретно мыслящий, смелый в оценках и не стесняющийся сказать «я не знаю» – последнее в наши дни встречается не чаще владения древнекитайским.
Тем горше услышать и от него, что «исторической России больше нет», что происходящее в стране уже не затрагивает его так глубоко как прежде, поскольку, в любом случае, речь идёт не о той стране, которую он воспринимал бы как родину в подлинном, не паспортном, смысле слова. Естественно, вопрос о Крыме («Чей Крым?») звучит на этом фоне примерно как вопрос врача в известном несмешном анекдоте – «Пропотел ли больной перед смертью?». Тем не менее, ответ на него он даёт, и ответ блестящий – в рамках предлагаемой концепции, разумеется: «Крым сдан» (из одной из последних телеграмм барона П.Н.Врангеля перед эвакуацией).

Мне бы не хотелось выступить в качестве дурного литературного критика: «Конечно, г-н N – великий писатель (глубокий философ, гениальный учёный и т. д.), но вот здесь он, в силу своей классовой ограниченности (скованности религиозными предрассудками, национальной предвзятости, духа времени и т. п.) ошибается; впрочем, это дело поправимое, сейчас я вам всё растолкую». Если о. Георгий пришёл к тем выводам, к которым пришёл, значит, имел для этого веские основания. Тем не менее, именно из уважения к нему, я не могу просто принять его точку зрения к сведению и более к ней не возвращаться (кстати, единственно правильная стратегия в 90% случаев), тем более, что, при всей своей внутренней противоречивости (о которой ниже), вопрос об исторической преемственности, по-моему, на сегодняшний день – из самых важных.

На мин. 1.22 о. Георгий говорит: «Теперь я понимаю, что, во-первых, историческая Россия – та - невосстановима, и не только потому что она прекрасна, а нынешняя ужасна (по сравнению с нею), но и потому что она была не столь прекрасна, как мне казалось, и многое в современной России, которая меня не очень вдохновляет своим состояним, на самом деле, коренится ещё в той России, как и в Московской Руси и так далее». Мне кажется, здесь налицо логическое противоречие: пресловутая «историческая Россия» невосстановима, а преемственность непоправимо нарушена – именно потому, что «…многое в современной России… коренится ещё в той России». Если бы я имел в виду показать несостоятельность позиции о. Георгия, этой логической ошибки было бы вполне достаточно; что называется, Q.E.D, проехали, можно не обращать внимания, и далее, как было сказано выше. Но проблема не в том, что мешающая мне концепция недостаточно корректно, в данном случае, аргументируется. Суть в том, чтобы понять её внутреннюю относительную оправданность и проверить, отражает ли она реальность более высокого порядка.

Может показаться, будто я противоречу самому себе, утверждая, что позиция о. Георгия внутренне оправданна и коренится едва ли не в самой чистой и свободной от идеологического шлака составляющей подлинного патриотизма – «любви к отеческим гробам». На самом деле, это не так, и противоречия здесь никакого нет. Суть же вот в чём: действительность может раздражать, не устраивать по разным причинам, даже угнетать – но хуже всего, когда она начинает оскорблять нравственное чувство. Когда это происходит, возникает болезненное желание «вырвать себе глаз». В нынешней российской действительности, независимо от всевозможных нестроений, как обусловленных объективно, так и созданных злонамеренно или по глупости, есть вещи, оскорбительные для чуткого человека. Если бы при этом они были чётко очерчены, и можно было бы себя им противопоставить, никакой трагедии в этом не было бы. Но трагедия – именно трагедия – есть, и заключается она в том, что кощунство разлито в эфире, перетекает из одних форм в другие, меняя по ходу дела идеологические обличья, но оставаясь кощунством. Ощущение непоправимой порочности нынешней России – к сожалению, отнюдь не прерогатива тех, кто только к нему и стремится, можно сказать, им живёт и наслаждается; оно возникает у всякого, кто сталкивается с нарастающей волной поклонения идолу государственной мощи, оправдывающего решительно всё, в чём психически нормальный человек не мог бы не усмотреть преступления.

Поскольку сегодня патриотизм стал ассоциироваться именно с холопским чванством в сочетании с пренебрежением к гекатомбам, если они, в конечном счёте, привели к созданию «великого государства» (неважно, что оно после этого и полувека не протянуло), то русский патриот, которого от этой адской смеси воротит, естественным образом приходит к выводу, что он и те, другие патриоты любят что-то совершенно разное. Остаётся лишь додумать эту мысль до конца (а это занятие, между прочим, всегда чревато тяжёлыми последствиями), и напрашивается вывод: «та» Россия и «эта» – не просто различны, это едва ли не антиподы.

Но, если бы всё дело было в чьих-то идеологических заскоках и порождаемого ими уныния, всё было бы не так плохо. Основная проблема в том, что у мотива «пала связь времён» есть и иная, гораздо более глубокая основа – острое ощущение невосполнимой потери и невозможности повернуть время вспять. Думаю, лучше, нежели это делает Адина Блады-Швайгер (1917-1993) в интервью Анке Групиньской (фрагменты которого я выкладывал здесь и здесь), мне не сформулировать:

...Тот (предвоенный, Д.Б.) мир для Вас – прошлое, которое не смешивается с настоящим?
Это прошлое, которое всё изменилоЯ говорила Вамя вышла из дому в июле 1942 года и больше не возвращаласьИ никогда, нигде не буду я у себя дома! Иногда только снится мне домНаверное, мы все бездомные.
Все, кто через это прошёл?
Да. Думаю, да. То, где мы теперь, то, где мы живёмвсё это только квартирыПонимаетеквартиры! Вы знаете, это забавно! У человека такое чувство, будто всё вокруг какое-то ненастоящее.
А то – настоящее.
Да. И не то, что было во время Войны. Тозначит, то, что было до Войны. Тот дом, та жизнь были настоящими. То было истинным. Вы знаете, даже смешно: когда долгие годы я жила в довольно стеснённых обстоятельствах это тоже казалось мне нереальным!
Это что касается довоенного времени. A Война, гетто, Умшлаг? Это реальность? Сформулирую вопрос иначе. Тот мир присутствует в этом, нынешнем мире? Или это два особых мира, разделённых чёткой линией?
Нет, всёпоследствие того. Тот мир присутствует в этом. Потому что, понимаете, если бы можно было вернутьсяВот тогда бы это могло быть перевёрнутой страницей! Но вернуться невозможно. To, что произошло, необратимо. Никогда уже не вернуться к пункту выхода. То есть, всё, что происходит сейчас, – последствие того, что было тогда. To, что здесь и сейчасв каком-то смысле ненастоящее, a ненастоящим оно стало из-за того, шло произошло тогда. Всё, всё иное. И всё это, вероятно, лишь суррогат того, что должно быть. Проще говоря, нет возврата к истинной жизни.
Думаю, почти у любого человека есть какие-то свои места или ситуации, в которых он чувствует себя хорошо, у себя, дома. A Вы?
Нет, нет. Бывало иногда, когда дети были маленькими, иногда с внуком, но всё это очень короткие мгновения. И Вы знаете, я не хочу сказать, что наша жизнь тогда кончиласьнет! Oна тогда просто совершенно изменилась, и нет возврата к тому, что было, и что должно быть… A теперь приходится жить в этом чужом мире.
Стало быть, неверно то, что Вы говорите в своей собственной книге, что «всё кануло во мраке истории» – это не так! Тогдашнее живёт в нынешнем, а не в истории…
Может, и так. Оно живёт во мне.
В Вас и ещё в некоторых людях. A раз так – значит, оно настоящее, оно присутствует в этом мире. <…>
Это разрыв. Ничто в Польше не осталось таким, как было, всё изменилось.
Вы говорите об изменениях вокруг, a я думаю, что гораздо важнее перемены в нас, в нашем мышлении о мире.
И вокруг нас, и в нас самих. Здесь был смешанный, богатый лес. Однажды пришёл дровосек и вырубил все берёзы. И лес уже больше не смешанный. А кроме всего прочего, смешанный лес имеет гораздо больше шансов на выживание, нежели лес однородный. Это совсем иная Польша, поверьте мне.

…Где бы кто из нас ни жил – в России ли, в Европе или ещё где-нибудь – нас буквально со всех сторон обступают свидетельства того, что не одна лишь Россия, а едва ли не весь мир в ХХ веке оказался безнадёжно изувечен и изгажен, причём ни покаяние, ни нравственное очищение, ни что бы то ни было, столь же возвышенное и, с христианской точки зрения, безусловно необходимое, не в состоянии вернуть того, что погибло безвозвратно. За чувством непреодолимого разрыва, увы, стоит жестокая реальность. Её жестокости ни в малой степени не противоречит то обстоятельство, что, по «объективным» критериям, вроде количества килокалорий на душу населения в день, средней продолжительности жизни, уровня детской и не только детской смертности и т. п., никогда ещё людям не жилось так хорошо, как теперь – и Россия в этом смысле не исключение. Но уныние по этому поводу я считаю не столько грехом, сколько непозволительной роскошью: подобно тому как человеку дана Богом страна рождения, и это его к чему-то обязывает, так и время рождения дано ему Им же, и это тоже требует определённого мужества и готовности принимать действительность, со всеми её постфактумами. Надежды же на «возрождение», на утрату которых сетует о. Георгий, на мой взгляд, не оказались тщетны лишь в данном случае, а утопичны по самой своей сути. Ещё никому и никогда не удавалось ничего «возродить», а если, как кажется, удавалось, то, как правило, ничего хорошего из этого не выходило. Романтическая утопия, черпающая вдохновение в прошлом, не столь порочна и уродлива, как утопия социалистическая, поскольку предмет её в меньшей степени определяется прихотью человеческого ума. Но реализация сколь угодно привлекательного возрожденческого проекта чревата, в лучшем случае, личной трагедией возродителей, в худшем же, большой кровью. Слава Богу, что нас не постигло ничего значительно более тяжкого, нежели разочарование.
Subscribe

  • Вопрос залу

    Пару лет назад оказался в списке френдов одной дамы, с которой вступил в дискуссию по поводу этики Ветхого Завета (она обронила мимоходом нечто вроде…

  • В этот день 16 лет назад

    Удивительно - я был уверен, что за эти годы мои взгляды эволюционировали если не радикально, то весьма значительно. Как выясняется - нет, я и…

  • С Днём Победы!

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 116 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Вопрос залу

    Пару лет назад оказался в списке френдов одной дамы, с которой вступил в дискуссию по поводу этики Ветхого Завета (она обронила мимоходом нечто вроде…

  • В этот день 16 лет назад

    Удивительно - я был уверен, что за эти годы мои взгляды эволюционировали если не радикально, то весьма значительно. Как выясняется - нет, я и…

  • С Днём Победы!