Давид Борисович Буянер (buyaner) wrote,
Давид Борисович Буянер
buyaner

Categories:

Ciągle po kole. О героизме и не только

Этот пост (вернее, те, что за ним воспоследуют) я должен был написать пару лет назад, когда прочёл книгу Анки Групиньской Ciągle po kole. Rozmowy z żołnierzami getta warszawskiego (Вечно по кругу. Беседы с бойцами Варшавского гетто). Выдержки из неё мне до этого попадались в безобразном переводе, о качестве которого можно судить по самому названию: «Ciągle po kole» там было переведено как «Вокруг да около»(!) Эта книга – сборник интервью, взятых в разное время у немногих выживших участников восстания в Варшавском гетто 19.04-16.05.1943. Собственно, «интервью» назвать их язык не поворачивается, это именно беседы – очень разные и с очень разными во многих отношениях людьми, связанными друг с другом лишь опытом выживания и сопротивления в немыслимых условиях.

Я сразу решил привести несколько выдержек из этой книги, которая вряд ли когда-нибудь будет переведена на русский, притом что документальная и человеческая ценность её колоссальна – в этом отношении она резко отличается от огромной массы сопоставимой по тематике литературы. Но очень быстро я понял, что не готов отдать значительную часть времени этой работе – а отобрать и «склеить» фрагменты бесед, так чтобы не испортить исходный текст – тоже работа, хотя и не идущая ни в какое сравнение даже с одним подобным разговором.

Сподвигли меня на это дело два поста Л.И.Блехера –
этот и, особенно, этот. Честно говоря, меня не слишком вдохновляет подход А.В.Драбкина, ясно и недвусмысленно им описанный в начале передачи о танкистах. Кстати, начал я именно с неё и сразу испытал странное ощущение: говоря о ветеранах, с которыми ему пришлось общаться в рамках своего проекта, Драбкин производит впечатление исследователя, отчитывающегося перед аудиторией о результатах эксперимента: «Из десяти кроликов пять сдохло, у трёх изменился цвет шерсти, а у двух отвалились уши». Поэтому я ничуть не удивился (и даже ощутил некоторое самодовольство от собственной прозорливости), узнав, что А.В.Драбкин – действительно по образованию биолог. Многое, что называется, встало на свои места. Если попытаться выразить в двух словах общее впечатление, то я, безусловно, снимаю шляпу перед его титанической работой, но предписываемая им эмоциональная отстранённость, во-первых, отнюдь не всегда достижима, а во-вторых, как ни парадоксально, не дистиллирует, а полностью исключает понимание некоторых вещей.

Одним словом, я всё-таки решился воспроизвести несколько фрагментов книги Анки Групиньской, а именно, выдержки из разговоров с Симхой (Казиком) Ратайзером, Адиной (Инкой) Блады-Швайгер и Марком Эдельманом. Для тех, кто совсем не имеет представления о тех событиях, – вот основные пункты. В октябре 1940 года немецкие оккупационные власти согнали всех евреев Варшавы – в общей сложности до 400 000 человек – в специально отведённый для этих целей и обнесённый стеной до уровня второго этажа район города. В гетто царила неимоверная скученность (в среднем в квартире, рассчитанной на одну семью, жило десять), голод и эпидемии. В июле 1942 года (согласно решению Ванзейской конференции) немцы провели так называемую «большую акцию» – депортацию большей части обитателей гетто в лагеря смерти. После неё в гетто осталось примерно десять-пятнадцать процентов населения. В октябре на базе еврейских социалистических и лево-сионистских партий была создана Еврейская боевая организация (Żydowska Organizacija Bojowa, ŻOB), ставившая своей целью вооружённое восстание. С уже существовавшей правой группировкой Еврейский воинский союз (Żydowsi Związek Zbrojny, ŻZW) отношения у неё были крайне натянутые, и от совместных действий они отказались. Даже в сравнительно недавнем интервью (фрагмент из которого я собираюсь здесь поставить) второй – и последний – руководитель ŻOBа Марек Эдельман отзывается о ŻZW не иначе, как о «фашистах» и от разговора о них всячески уклоняется...

По иронии судьбы, последним из уцелевших бойцов ŻOB
а удалось уйти на арийскую сторону именно благодаря подкопу на Мурановской, сделанному людьми из ŻZW. 19 апреля 1943 года произошло восстание, начало которому было, фактически, положили сами немцы, поскольку именно в этот день началась операция по окончательной ликвидации гетто. В начале мая они начали планомерно выжигать подвалы, в которых скрывались немногие уцелевшие. Штаб ŻOBа, находившийся к этому времени в подвале на улице Милая 18 (этот адрес потом часто упоминается в книге), возглавлял Мордехай Анелевич. Вместе с группой бойцов (сколько их всего было, сказать трудно, что-то в районе пары десятков) он покончил с собой, и это коллективное самоубийство стало началом легенды о восстании, впоследствии превратившейся в предмет поклонения и едва ли не лейтмотив военно-патриотического воспитания в Израиле (да-да, такая вещь, как «военно-патриотическое воспитание», не имеет чётких идеологических границ). Фраза из предсмертного послания Анелевича «Погиб народ, погибли и его солдаты» стала символом еврейского героизма.
Польское подполье тоже по достоинству оценило этот жест; впрочем, мёртвые евреи  традиционно котируются у поляков гораздо выше живых. Менее возвышенно настроенный, прагматичный и очень любивший жизнь (причём не только свою собственную) Марек Эдельман решил вывести оставшихся на арийскую сторону.

Продолжение следует.
Subscribe

  • Партиец Колумб

    Вот за что я - помимо всего прочего - люблю свою работу, это за то, что иногда, в поисках чего-нибудь совершенно безобидного (финно-пермского или…

  • О безвестных талантах

    Живёт в Сантьяго скрипач по имени Диего Силва (и по прозвищу Грильо, то есть "сверчок"). Не знаю, что он делает сейчас, но лет пять-шесть…

  • "Ад, случившийся сегодня в Москве" (с)

    Вот это они называют "адом": Это - "молодыми, но умными и свободными людьми": А это - "известными…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments

  • Партиец Колумб

    Вот за что я - помимо всего прочего - люблю свою работу, это за то, что иногда, в поисках чего-нибудь совершенно безобидного (финно-пермского или…

  • О безвестных талантах

    Живёт в Сантьяго скрипач по имени Диего Силва (и по прозвищу Грильо, то есть "сверчок"). Не знаю, что он делает сейчас, но лет пять-шесть…

  • "Ад, случившийся сегодня в Москве" (с)

    Вот это они называют "адом": Это - "молодыми, но умными и свободными людьми": А это - "известными…