Давид Борисович Буянер (buyaner) wrote,
Давид Борисович Буянер
buyaner

Categories:

Роли и исполнители

stefan-dambski-02-576x392
Прежде, чем написать этот пост, долго искал в сети полный текст нашумевшей пару лет назад книги "Исполнитель" (пол. "Egzekutor"). Это неоконченная автобиография покончившего с собой в 1993 году в Майами польского эмигранта Стефана Домбского (фамилия которого Dąmbski в русских переводах почему-то упорно передаётся как "Дембски"), в возрасте шестнадцати лет (на снимке ему четырнадцать) вступившего в Армию Крайову и по собственному желанию, без какого-либо принуждения, ставшего, если называть вещи своими именами, палачом: он приводил в исполнение смертные приговоры, выносившиеся польским подпольем, главным образом, польским же коллаборционистам, но превратившиеся в конвейер бессудных расправ - вначале над украинцами (преимущественно в Люблинском воеводстве, в отместку за Волынскую резню), а потом и над польскими коммунистами, не говоря уже о советских солдатах.

Собственно, ничего такого, о чём до него не было бы известно, Домбский не открыл: байка о партизане, по незнанию двадцать лет после Войны пускающем под откос поезда, у нас воспринимается как анекдот, а в Польше - почти как случай из жизни. Ветераны Армии Крайовой, оставшиеся в социалистической Польше не у дел и превратившиеся из героев некоммунистического Сопротивления в отчаявшихся и потерявших человеческий облик бандитов, - одна из самых страшных и позорных страниц послевоенной польской истории. Но одно дело - высокая трагедия "Пепла и алмаза", а другое - натуралистичное и не жалеющее читателя описание зверств. Чтобы понять, о какого рода натурализме идёт речь, достаточно одной фразы: "Я любил смотреть в искажённые лица жертв ликвидаций. Любил смотреть на струю крови, брызжущую из расколотой головы".

Неудивительно, что публикация книги вызвала в Польше бурю негодования. Многие ветераны подполья почувствовали себя оскорблёнными. Были попытки доказать недостоверность описаний, поймать автора на ошибках, уличить во лжи и т. д. Тем не менее, вполне уважаемые польские историки не сомневаются в честности Домбского: вполне возможно, говорят они, что спустя несколько десятков лет после Войны он мог что-то забыть, перепутать или ненамеренно исказить какие-то детали, но достоверность истории несомненна. Как сказал в беседе на польском радио проф. Дариуш Столя, "...Домбский... показывает, что война делает с хорошими людьми".

Не менее предсказуемой была и реакция заклятых друзей Польши с "кресув всходних": начиная с известного блоггера joanerges, они начали (ещё до Евромайдана, когда это стало не вполне уместно) наперебой перепечатывать леденящие кровь пассажи в не менее убийственном по качеству (похоже, автоматическом) переводе на русский. Особое внимание уделялось, разумеется, описаниям расправ с ни в чём не повинными украинскими обывателями: "...Как только он (товарищ Домбского по кличке "Тварды", у которого ОУНовцы вырезали всю семью, Д.Б.) видел украинцев, глаза вылезали у него из орбит, из открытого рта начинала капать слюна, и он производил впечатление безумного. (...) Он бросался на окаменевших от страха украинцев и резал их на куски. С неслыханным проворством вспарывал им животы или перерезал глотки, так что кровь хлестала на стены" и т. д. Начало главы "Na Ukraińców", где упомянуты общеизвестные факты массовой поддержки нацистов украинским населением Галиции, а также предшествовавшая акциям Армии Крайовой Волынская резня (автор своими глазами видел расчленённые детские трупы в сожжённых польских деревнях подо Львовом), при этом благоразумно опускается.

При этом никому из тех, кто с такой готовностью ухватился за свидетельство Домбского, чтобы доказать, как минимум, обоюдный характер зверств во время пароксизма польско-украинского братства на Волыни и в Галиции в 1943-7 гг. (а в пределе - и перевести стрелки на "клятых ляхов"), не пришло в голову, что заключительные страницы книги, на которых автор выносит беспощадный приговор самому себе и своим товарищам по оружию, в той же мере приложимы к любому, кто определяет врага по этническому принципу - вне зависимости от того, кто изначально прав, и "кто первый начал":
"Когда приходилось стрелять в человека, говорившего на твоём же языке, с которым никогда даже не был знаком, - было трудно объяснить это собственной совести. Что и во имя чего заставляло нас исполнять приказы, которые в цивилизованном мире были бы практически тождественны убийству? Делалось ли это "во имя Отчизны", или в силу так называемых законов военного времени?
Нашей обязанностью было слепое послушание, тесно связанное с врождённым патриотизмом. Нашим долгом было показать всему миру, что поляк никогда не сдаётся и "за вашу и нашу свободу" готов умереть с улыбкой на устах. Но в реальности, пока был жив, столь же часто убивал всех, кто был не на его стороне или не разделял его идеалов - и всё это с полного одобрения нашего командования
. (...)
Спустя годы после войны я пытался проанализировать себя самого и в конце концов понял, что дошёл до такого звериного состояния, главным образом, в силу воспитания, полученного мною в молодости - в атмосфере, патриотичной сверх меры. Каждый из нас рождается как тот простой камень, который можно обтесать как угодно - по собственному желанию. Каждый из нас, независимо от происхождения, именно таков. Когда ребёнку с колыбели внушают, как важна Отчизна, и что ради неё нужно сражаться с врагом до смерти или до победы, этот ребёнок, вырастая, будет действовать по приказу и стрелять в каждого, у кого иные взгляды или другая национальность".

Subscribe

  • Вопрос залу

    Пару лет назад оказался в списке френдов одной дамы, с которой вступил в дискуссию по поводу этики Ветхого Завета (она обронила мимоходом нечто вроде…

  • В этот день 16 лет назад

    Удивительно - я был уверен, что за эти годы мои взгляды эволюционировали если не радикально, то весьма значительно. Как выясняется - нет, я и…

  • С Днём Победы!

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments

  • Вопрос залу

    Пару лет назад оказался в списке френдов одной дамы, с которой вступил в дискуссию по поводу этики Ветхого Завета (она обронила мимоходом нечто вроде…

  • В этот день 16 лет назад

    Удивительно - я был уверен, что за эти годы мои взгляды эволюционировали если не радикально, то весьма значительно. Как выясняется - нет, я и…

  • С Днём Победы!