Давид Борисович Буянер (buyaner) wrote,
Давид Борисович Буянер
buyaner

Categories:

Грех терпимости

В связи с разговором у Л.И.Блехера по поводу эссе и интервью Л.Е.Улицкой, вернее даже, по ассоциации с некоторыми затронутыми там темами, пришёл к правдоподобному, как мне кажется, ответу на один давно занимавший меня вопрос. С некоторых пор я стал замечать, что практически любые мемуары, равно как и основанные на личном опыте сочинения, в персонажах которых легко угадываются либо конкретные люди, либо "типичные представители" того слоя, который принято называть интеллигенцией, воспринимаются ими как пасквиль. В тех случаях, когда налицо откровенная враждебность или даже просто критический взгляд автора, всё ясно, и никаких недоуменных вопросов не возникает. Но ровно та же реакция сопровождает опусы, написанные людьми, никак себя от упомянутого слоя не отделяющими и относящимися к нему как к собственной среде обитания. Легко представить себе, насколько болезненна для них подобная реакция; тем не менее, описанная ситуация воспроизводилась на моей памяти не один раз и должна иметь под собою какую-то психологическую основу.

Основа эта, на мой взгляд, связана с характерным для российского либерала специфическим пониманием терпимости, причём особенно ярко это свойство проявляется у либерала-христианина: в его глазах ценность терпимости, как категории либеральной этики, дополнительно освящена авторитетом заповеди неосуждения (именно в такой последовательности - не наоборот, что существенно). На практике это проявляется в том, что "ближнему" (под которым, как правило, разумеется исключительно свой брат-либерал) прощаются любые гадости, если только они не идут вразрез с кодексом чести либерала. Человек может быть пьяницей, бабником, мотом, грязнулей, может ввалиться без предупреждения в чужой дом и остаться ночевать, нимало не заботясь ни о чьих удобствах, кроме своих собственных, может брать "в долг" без отдачи, и прочая, и прочая, и прочая - друзья остаются друзьями - при условии, что, как говорит мадам Улицкая, среди них "царит полное единомыслие". При этом те, кто смотрит сквозь пальцы на все чудесные свойства описанного персонажа и, тем самым, окончательно его развращает, делают это не без самолюбования с подвывертом: "кто я такой, чтобы его осуждать?!!" Но - не дай Бог кому-то описать или изобразить эту ситуацию; причём изобразить - не критически, не сатирически, а руководствуясь тою же самой терпимостью по отношению к своим: хороший же парень - ну да, не без слабостей, но мы-то с вами понимаем, что не это есть скрытый движитель его и т. д. Обижается при этом, как правило, не сам "хороший парень", а те кто, подобно автору его "не осуждает", но - молча. В крайнем случае, приватно. Правда, вынесенная - даже из лучших побуждений - на свет Божий, воспринимается как пасквиль, направленный не против конкретного лица, но против всего сообщества, связанного круговой порукой терпимости и неназывания вещей своими именами.

Оборотная сторона бытовой терпимости - крайняя нетерпимость в идейной сфере. Об этом в последнее время говорено немало, но этический пафос не ослабевает. Правда, мне сдаётся, что именно в этом интервью проявился новый мотив: говоря, что люди, "...которые сегодня так горячо поддерживают милитаристский дух... тоже не все одинаковы" Улицкая, тем самым, даёт понять некоторым из "неодинаковых", что для них ещё не всё потеряно: стóит блудному сыну одуматься и предать анафеме Путина, его будет ждать упитанный телец с гарниром.

А самое печальное во всей этой истории то, что, как недавно заметил stierliz, наличие и, желательно, вольготное существование этой публики - именно то, что отличает человеческое общество от стаи единомышленников. Парадоксальность же ситуации в том, что, как недвусмысленно явствует из вышеприведённой цитаты - насчёт "полного единомыслия" - последнее составляет идеал для адептов того, что в Европе без перевода именуется diversity: ты можешь быть чёрным, жёлтым или - даже! - белым; ты можешь быть мужчиной, лучше женщиной, а ещё лучше - среднего рода; ты можешь жить в браке, вне брака или не жить вообще - но думать ты обязан так же, как я.
Subscribe

  • Партиец Колумб

    Вот за что я - помимо всего прочего - люблю свою работу, это за то, что иногда, в поисках чего-нибудь совершенно безобидного (финно-пермского или…

  • О безвестных талантах

    Живёт в Сантьяго скрипач по имени Диего Силва (и по прозвищу Грильо, то есть "сверчок"). Не знаю, что он делает сейчас, но лет пять-шесть…

  • "Ад, случившийся сегодня в Москве" (с)

    Вот это они называют "адом": Это - "молодыми, но умными и свободными людьми": А это - "известными…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 45 comments

  • Партиец Колумб

    Вот за что я - помимо всего прочего - люблю свою работу, это за то, что иногда, в поисках чего-нибудь совершенно безобидного (финно-пермского или…

  • О безвестных талантах

    Живёт в Сантьяго скрипач по имени Диего Силва (и по прозвищу Грильо, то есть "сверчок"). Не знаю, что он делает сейчас, но лет пять-шесть…

  • "Ад, случившийся сегодня в Москве" (с)

    Вот это они называют "адом": Это - "молодыми, но умными и свободными людьми": А это - "известными…