Давид Борисович Буянер (buyaner) wrote,
Давид Борисович Буянер
buyaner

Categories:

Индия-2 (часть четвёртая)

18.01.2013

Сегодня ездили в Удваду – ещё одну гуджаратскую деревню, населённую, в значительной степени, если не преимущественно, парсами. Собственно, Удвада – название двух населённых пунктов: деревни, о которой идёт речь, и близлежащего города, по-видимому, вполне заурядного (до него мы, впрочем, не доехали), чего о деревне никак не скажешь. До сего дня мне трудно было себе представить, что на расстоянии каких-нибудь шестидесяти километров от такой зловонной, перенаселённой, днём и ночью ревущей дыры, как Навсари, можно найти подобную прелесть! Очарование Удвады заключается в двух вещах: во-первых, она утопает не в грязи, а в зелени, а во-вторых, в ней почти никто не живёт.

Идёшь по улице, и тебе навстречу движется не лавина бешено гудящих мотоциклов и рикш, а одна (!!!) баба с тазом на голове. Или две. Максимум пять.

IMAG2189

(На переднем плане – коллега по институту, качество фотографий удручает, но с этим уже ничего не поделаешь). У меня было что-то сродни эйфории – я шёл синусоидой по середине улицы и радовался как ненормальный. Архитектура домов сильно отличается от типичной для Гуджарата: много полуразрушенных (но иногда и просто слегка обветшавших) частных усадеб, носящих гордые названия тип Манек Мэншн, Вилла Армайти или Унвала Мэнор:

IMAG2183

При каждом таком «мэноре» – решётчатая веранда или балкон и заросший сад:

IMAG2184

IMAG2190

(На решётке балкона – зороастрийская эмблема: крылатое солнце – символ Ахурамазды).

По деревне бродят не то бездомные, не то полудомашние собаки – добрые, ласковые, довольно худые, но не больные. В Навсари их тоже хватает, но выглядят они гораздо хуже:

IMAG2153
IMAG2160

Вспоминаю собаку на последнем издыхании, каждый день приходившую два года назад к дверям Института К.Р.Кама в Бомбее. Впервые увидев её, я решил, что она мёртвая, но на следующий день обнаружил её неподалёку: собака стояла и, кажется, даже пыталась двигаться, но было ясно, что она – не жилец. А некоторые бездомные бомбейские собаки нагло валяются посреди улицы и худобой не страдают. В Бомбее все так – что собаки, что люди… Вообще же дружелюбие индийских собак поражает. Возвращаясь ночью в гостиницу, я всегда встречаю стаю бездомных псов и ни разу не почувствал не то что враждебности – насторожённости. Вспоминая, что из себя представляют стаи одичавших собак в русских городах, задаюсь вопросом: люди ладно, у людей много чего лишнего в мозгах наворочено, но голодные – кожа да кости – индийские собаки почему так безобидны? У них, что, тоже «национальный менталитет»?

Но вернёмся в Удваду. Вышли мы там на пляж. Море штормило, был ещё отлив, вернее, самое начало прилива, и, чтобы дойти до самого моря, надо было пересечь полосу прибоя шириною метров в триста-четыреста. Воздух! Песочек чистенький!! Местами галька – тоже чистая!!! Сказка. Вспоминаю, как в прошлый заезд мы попёрлись на относящийся к Навсари пляж Данди (сам Навсари удалён от моря километров на десять). Это была не просто помойка – это была Помойка. Вдоль линии прилива годами накапливается всё, что в состоянии произвести и исторгнуть из себя человек, начиная с астрономического количества пластиковых мешков и бутылок, и кончая всем известной субстанцией. Кстати, Данди – место историческое: это конечный пункт знаменитого четырёхсоткилометрового «соляного похода» Ганди, предпринятого в знак протеста против введённого англичанами повышеннного налога на соль (вспоминаются наши «соляные бунты»). По сравнению с прославленным пляжем Данди (интересно, помнит кто-нибудь из его посетителей о Salt March?), пляж Удвады почти стерилен, потому как совершенно безлюден, если не считать повстречавшегося нам одинокого рыбака (в прибрежных деревнях многие живут рыболовством). Отсюда мораль: Индия вполне могла бы не быть таким адским местом, если бы здесь было меньше народу. Кроме того, что перенаселённость создаёт объективные проблемы: невозможность прокормить полтора миллиарда человек, жуткие условия жизни в трущобах и т. д., она ещё и ведёт к массовому одичанию. Люди, сконцентрированные в невообразимом количестве на небольшом пятачке, вроде Навсари, утрачивают человеческий облик. По переписи 2001 года здесь жило что-то порядка 200 000 человек, в 2006 – уже 600 000, а сейчас заведомо больше миллиона. Что будет, если дело и дальше будет идти такими темпами, страшно себе представить.

Subscribe

  • Партиец Колумб

    Вот за что я - помимо всего прочего - люблю свою работу, это за то, что иногда, в поисках чего-нибудь совершенно безобидного (финно-пермского или…

  • О безвестных талантах

    Живёт в Сантьяго скрипач по имени Диего Силва (и по прозвищу Грильо, то есть "сверчок"). Не знаю, что он делает сейчас, но лет пять-шесть…

  • "Ад, случившийся сегодня в Москве" (с)

    Вот это они называют "адом": Это - "молодыми, но умными и свободными людьми": А это - "известными…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Партиец Колумб

    Вот за что я - помимо всего прочего - люблю свою работу, это за то, что иногда, в поисках чего-нибудь совершенно безобидного (финно-пермского или…

  • О безвестных талантах

    Живёт в Сантьяго скрипач по имени Диего Силва (и по прозвищу Грильо, то есть "сверчок"). Не знаю, что он делает сейчас, но лет пять-шесть…

  • "Ад, случившийся сегодня в Москве" (с)

    Вот это они называют "адом": Это - "молодыми, но умными и свободными людьми": А это - "известными…