Давид Борисович Буянер (buyaner) wrote,
Давид Борисович Буянер
buyaner

Categories:

По поводу последнего поста ivanov_petrov

http://ivanov-petrov.livejournal.com/1499490.html?page=2#comments

Пока я вынашивал свою реплику, количество комментариев перевалило за девяносто, а я, честно говоря, не люблю слишком резветвлённых дискуссий. Кроме того, затронутая тема неизбежно провоцирует активность маловменяемой публики, так что легко нарваться на психа, а это чревато.

Так что решил вынести свой комментарий в отдельный пост. В цитируемой ivanov_petrov ым статье Д.Б.Дондурея "Миф о Сталине: технология воспроизводства" нет практически ни одной фразы, которая не вызвала бы у меня возражений, притом что этический посыл мне, во многих отношениях, близок.

Сюрпризы начинаются с первого же абзаца. "Сталин... выражает гигантский смысловой потенциал той особой российской протофеодальной культуры, которая удивляет каждого, кто в великих произведениях Гоголя и Салтыкова-Щедрина легко узнает реальных людей и живые картинки 2010 года". Протофеодальная - это как? Это, вообще, о чём? Феодализм, если не брать расширительного марксистского понимания термина, означает сложившуюся в средневековой Европе систему градаций правовой и имущественной зависимости от сеньора к вассалам разных уровней. Единственное понимание термина "протофеодальный", которое, в принципе, имеет смысл, - некая раннесредневековая форма феодализма, ещё не вполне обособившаяся от военной демократии. Надо полагать, Д.Б.Дондурей имеет в виду нечто иное, скорее всего, "вековое русское рабство", но считает своим долгом ввернуть псевдонаучный термин. О "великих произведениях Салтыкова-Щедрина" молчу, потому как - дело вкуса.

Дальше идут рассуждения о различиях между Лениным, у которого "...еще были какие-то остатки, отголоски второго источника формирования российской культуры — того, что можно условно обозначить как «Культура 2», ориентированная на европейские представления, реакции, ценности... некоторые стереотипы и праобразы действий, которые у нас находятся в специальном, отделенном от реальной действительности символическом пространстве" (буду очень признателен, если кто-нибудь объяснит мне, что всё это значит), и Сталиным, "лучшим, можно сказать, представителем «Культуры 1», превосходно сохранившейся до сих пор". Кроме того, что она "превосходно сохранилась", о ней не сообщается ничего конкретного. Правда, учитывая, что в предыдущем абзаце он назван "настоящим византийским императором", можно предположить, что имеется в виду некий "византизм". Здесь не время и не место углубляться в суть этого понятия, достаточно лишь сказать, что, с точки зрения благосостояния и правовой защиты населения, Византия сильно опережала современную ей Западную Европу, и делать из неё исторический жупел - дурная традиция отечественной публицистики, не более того.

Д.Б.Дондурей продолжает: "С одной стороны, великие властители, обычно тираны, всегда проигрывают в экономическом смысле, а с другой — такие либеральные знаменитости, как Сперанский, Столыпин или Гайдар, вытаскивают страну из бездны". Здесь, что ни слово, то - мимо цели. Перечислять тиранов, не проигравших "в экономическом смысле", - не хватит места, даже если делать это без комментариев. Интересно другое - из какой бездны вытащили страну М.М.Сперанский и П.А.Столыпин? О Е.Т.Гайдаре не говорю - фигура спорная, будем считать, что вытащил, хотя, по мнению того же Д.Б.Дондурея, похоже, что не дотащил. Но первые две фигуры - это что? Не было других примеров, и пришлось приплести, с одной стороны, талантливого царедворца (и, заметим, не слишком принципиального человека), чья деятельность пришлась на период расцвета государства (где бездна?!!), а с другой - самую, наверное, трагическую фигуру предреволюционной российской истории, чьи труды пошли прахом?

Но это всё преамбула. Ядро рассуждений Д.Б.Дондурея о "технологии воспроизводства" сталинского мифа заключено в следующих абзацах, составляющих, по идее, стержень всей статьи, но при этом чрезвычайно рыхлых, так что найти место, где центральная идея была бы выражена в сжатой форме, мне не удалось. Так что придётся, как и прежде, по порядку. Начинается этот этап рассуждений так:
"...сегодня всем доступен океан объективной и достоверной информации, касающейся Сталина. И многие исходят из убеждения, что если снабдить людей исторически проверенными сведениями, рассказывающими о том, какой невосполнимый ущерб он нанес собственной стране, ее народу, элитам (в частности, урон офицерскому корпусу России был значительно большим, чем от действий Гитлера за все годы войны), то просто нельзя будет объективно не оценить масштаб этой фигуры. Тут-то и начинается невидимая работа современного пиара".

Дальше кропотливо, по пунктам и отчасти убедительно иллюстрируется тезис, согласно которому сталинский миф савит себе на службу любое упоминание об И.В.Джугашвили, независимо от направленности, и "...всё, что в него теперь не вписывается, что его дискредитирует, по технологии современного пиара и развития медиа, на самом деле активно используется в строительстве этих самых картин". Происходит парадоксальная вещь - разоблачения оказываются объективно на руку сталинистам; будучи искусно дозированы и вплетены в тенденциозный, в целом, контекст, они создают иллюзию объективности. "...Исходя из рекомендации новых пиар-технологий, - резюмирует автор, - любому антисталинисту — от Солженицына и Гроссмана до Новодворской — как ни парадоксально это звучит, найдется место и неосознаваемая функция в сохранении просталинского кода". Мысль ценная. В известном смысле, даже справедливая. Действительно, будирование темы сталинизма - в любой трактовке - на руку сталинистам. Но, сказав "а", Д.Б.Дондурей не решается сказать "б": логических следствий из его посылки может быть два - если поставить своей целью наспровержение сталинского мифа, то те, кто её разделяет, должны либо стремиться к тому, чтобы физически заткнуть рот тем, кто по другую сторону баррикад (чтобы информация не использовалась не по назначению и не встраивалась в чуждый идеологический ряд), либо - объявить мораторий на упоминание Джугашвили в любом контексте, лишив, тем самым, сталинистов удобной им беззубой оппозиции.

Легко заметить, что первый путь нереален, второй - самоубийствен. Тем не менее, в рассуждениях автора трудно не усмотреть тоски по монополии на общественное мнение, которая позволила бы нести в народ единственно правильное понимание истории и её знаковых фигур. Не обходится он и без стандартного риторического приёма последних десятилетий - сопоставления с Германией, не замечая того, что приводимый им аргумент обнажает мягкое подбрюшье всей системы рассуждений:
"Несколько лет назад в Германии стали снимать довольно много фильмов о Гитлере. В одних он был представлен как злодей, маньяк, в других — как безумец или идиот, но всюду присутствовала та или иная доля иронии. Немецкое общественное мнение самым негативным образом отреагировало на попытки поместить Гитлера в комедийный контекст. Смеяться над тираном — значит, гуманизировать его: представить живым, страдающим человеком, применить по отношению к нему нормальные, соразмерные обычным людям критерии. И таким образом воскресить, снять проклятие, превратить в актуального героя. Вернуть чудовищу статус человека. У нас не было даже попыток иронизировать над великим лидером".
Во-первых, попытки были, и не просто попытки, а великий, с моей точки зрения, опыт - "Сандро из Чегема" Ф.А.Искандера. Иные попытки до этого уровня не дотягивают, но здесь претензии к авторам, а не к обществу. Во-вторых, реакция немецкого общества, если всё, действительно, так и было, выдаёт не здоровое отношение к собственной истории, а глубочайший посттравматический синдром, выражающийся, в частности, в отталкивании от любой информации, требующей самостоятельного осмысления. И благосклонное отношение к подобной реакции по-своему симптоматично. Наряду с набирающим силу неосталинизмом разной степени выраженности, реальность которого отрицать трудно, не меньшую тревогу - по крайней мере, у меня - вызывает трансформация сознания людей, ему противостоящих. Выражается она в готовности принести чужую свободу в жертву своей идеологии. Как сказал Станислав Ежи Лец, "ложь никогда не бывает побеждена правдой; победить ложь способна лишь другая ложь". В современном мире у лжи есть псевдоним - "идеология". Любая идеология в пределе лжива. Единственная достойная позиция свободного человека по отношению ко лжи - отстаивание значимой для него правды без оглядки на то, будет ли это использовано кем-то в своекорыстных целях, и уважение права другого на поиск правды своими силами. Впрочем, эта позиция себя оправдывает и с прагматических позиций: предаваясь сетованиям на порочность русского сознания, Д.Б.Дондурей и многие его единомышленники делают роскошный подарок тому самому "современному пиару" и неосталинистскому мифу, который без их усилий не стяжал бы таких успехов, как за последние десять лет.
Subscribe

  • Вопрос залу

    Пару лет назад оказался в списке френдов одной дамы, с которой вступил в дискуссию по поводу этики Ветхого Завета (она обронила мимоходом нечто вроде…

  • В этот день 16 лет назад

    Удивительно - я был уверен, что за эти годы мои взгляды эволюционировали если не радикально, то весьма значительно. Как выясняется - нет, я и…

  • С Днём Победы!

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 55 comments

  • Вопрос залу

    Пару лет назад оказался в списке френдов одной дамы, с которой вступил в дискуссию по поводу этики Ветхого Завета (она обронила мимоходом нечто вроде…

  • В этот день 16 лет назад

    Удивительно - я был уверен, что за эти годы мои взгляды эволюционировали если не радикально, то весьма значительно. Как выясняется - нет, я и…

  • С Днём Победы!